Бонус 9.2. Californication
Лето, 2012,
Калифорния, Джесси и Тайлер Монро
Когда я проснулся, Тайлер еще спал. Спал все то время, пока я не мог сомкнуть глаз. Даже после перелета, даже после… Организм привык выключаться часа на два в сутки – не больше. Может быть, кофеин до сих пор бурлил в венах. Может быть, это новое место не способствовало засыпанию. Может быть, я просто не хотел. Так или иначе, факт оставался фактом: было утро, Тайлер спал. Иными словами, Тайлеру было все равно.
Возможно, если бы Тайлер не спал, то день пошел бы по другому сценарию – отличному от того, что я проигрывал вчера и позавчера. И поза-позавчера. И еще какое-то время. Но сценарий был тот же, только декорации сменились.
Я любил дешевое пиво, потому что от него было плохо. Плохо это хорошо. Я знал, как его пить, чтобы было еще хуже – на пустой желудок, теплое, залпом несколько банок подряд. Плохо становилось быстро и грубо. Перед глазами все плыло, но почти не шатало. Здорово мутило, но не до тошноты. Я не раз ловил свое отражение в витрине, удивляясь, как адекватно я выгляжу со стороны. На днях пожилая леди даже подошла, чтобы спросить, как пройти на какую-то улицу. Тронула за локоть, чтобы обратить на себя внимания. Я так расчувствовался, что долго объяснял ей складными предложениями с маниакальной вежливостью, в какую сторону свернуть. Раз пять повторился. Она кивала, улыбалась, поблагодарила меня и назвала славным юношей. Ушла, а я остался стоять со своей недопитой банкой дешевого пива. Смотрел на витрину, а в отражении видел пай-мальчика в выглаженной рубашке-поло с модной, хоть и растрепанной стрижкой.
Я опрокинул в себя третью банку пива. Ушел как можно дальше от этого идиотского отеля, не взяв с собой мобильник. Тайлер должен быть в бешенстве. Тайлер обязан быть в бешенстве. Я изо всех сил делал вид, что мне все равно. Мне было не все равно – я хотел видеть его бешенство.
Тайлер объявился, когда я потерял счет. Или на самом деле объявился я, потому что окрестности были смутно знакомы. О, хвала небесам, Тайлер в самом деле был в ярости. Я мысленно злорадствовал.
- Ты! – его угрожающий палец маячил перед носом. От этого укачивало еще больше.
- Ну, я, - с вызовом повторил я.
- Какого черта ты удрал?
- Я же говорил, что не хочу ехать.
Я соврал, что не хочу ехать. Какая-то часть меня хотела. Эта та самая часть, которая надеялась, что кто-то меня остановит. Но тогда Тайлер спал. А теперь молчал.
- У тебя все? Я пошел…
Он схватил меня за руку, так что я запнулся.
- Боже правый, ты пьяный?
- Да, так хорошо…
Так плохо. Плохо это хорошо.
- Хочешь позвонить нажаловаться маме и папе? – поддразнил я и исправился. - Папе и маме?
Он потер лоб, чего-то бормоча, и снова взял меня за локоть.
- Пойдем в номер.
Я вывернул руку.
- Зачем? Мы же приехали дышать свежим воздухом. Вон море, вот воздух…
- Прости, Господи, и это мой брат?
- Не поминай Господа всуе.
Я погрозил ему пальцем. Он схватил меня за шкирку и протащил несколько метров, пока я не извернулся, вырываясь на волю. Потерял равновесие, думал, что шлепнусь, но правая ладонь еле коснулась песка, когда равновесие восстановилось, и я выпрямился в полный рост. Со злостью отпихнул его руку, когда он снова потянулся ко мне.
– Уберись от меня!
Его руки сложились на груди, а потом взлетели над головой в жесте какого-то неуклюжего отчаяния.
- Джесс… Я все стараюсь, но никак не могу понять. Какого черта с тобой происходит? Я знаю, что у тебя были непростые несколько месяцев, но это предел! Ты врешь родителям про работу, напиваешься, хамишь, мама говорит, ты не спишь по ночам. Что еще?
- Ух ты, ты в курсе про работу… - ухмыльнулся я.
- Да, я в курсе! Маме не собираюсь говорить, ты ее и так с ума сводишь. Господи, Джесс… мы за тебя волнуемся, а тебе плевать! – он щелкнул пальцами у меня перед носом. - Ты просто ведешь себя как дурак. А ты не дурак, Джесс, я же знаю. Зачем, а? Почему ты это делаешь?
- Потому что… - я сунул руки в карманы и небрежно рассмеялся. Хотелось казаться пьянее, чем я есть. Хотелось, чтобы ему было стыднее за меня. – Потому что я могу! – выплеснул я на него через смех. – Потому что кто меня остановит?
Он опасно склонил голову на бок со своим самым строгим выражением на лице.
- Ты взрослый человек, не надо делать вид, что ты не можешь о себе позаботиться.
- С каких пор я стал взрослым? Вы только все и твердите, что я веду себя как ребенок. Вот я и веду себя как ребенок! Выкуси, - я пошатнулся вперед, тыча в него средним пальцем.
- Это смешно! Вокруг тебя уже несколько месяцев на цыпочках ходят после того, как вы расстались с Алекс…
- Алекс тут ни при чем!
- Думаешь, ты единственный в мире, кто пережил такую "трагедию"?
- Я же сказал, что она ни при чем!
- Тогда что? Что не так? Ты хорошо закончил колледж – сам выбирал специальность, хотя все были против, через пару месяцев заступаешь на работу своей мечты. С чего истерики на ровном месте? Чего тебе еще надо?
Может быть, я, в самом деле, был пьянее, чем мне казалось. Мне хотелось вывалить на него все – все свои сомнения, злость и вину, и отчаяние, и страх… Но это были лишь эмоции. Эмоции всегда неправильно укладываются в слова:
- Я не знаю!
Он удивленно поднял брови – без раздражения, но с какой-то насмешкой в глазах, от которой было очень обидно.
- Не смейся, - предупредил я. – Я просто не знаю, что делать… что я хочу.
- Ну, это смешно, - пробурчал он. – Даже я знаю - ты хочешь учить детей.
- О да, да…
Его тон стал серьезнее.
- Ты сам говорил, что хочешь вдохновлять людей.
Теперь смешно было мне – искренне и горько. Смех вырвался наружу, я закинул голову назад, небо пошатнулось.
- Серьезно, на что я могу кого-то вдохновить? Тайлер, посмотри на меня… - я дернул себя за воротничок рубашки. – На меня смотреть противно, чему я могу научить детей? Я все делаю неправильно. Я… я все делаю плохо, я все ломаю.
- Ты преувеличиваешь, - он вздохнул.
- Нет, ты сам сказал! Я веду себя как дурак, я свожу маму с ума, что в этом хорошего?
Он снова склонил голову на бок:
- То, что ты знаешь, что это неправильно.
- И ведь я продолжаю, а?
- Джесс, - его рука опустилась мне на плечо, я не пошевелился. – Ты просто пытаешься привлечь к себе внимание, да?
Я молчал. Провел рукой по волосам, убирая челку назад. Может быть, тут пиво было другое. Может быть, климат другой, я весь день прогулял под палящим солнцем. Может быть, я не рассчитал количество банок. Так или иначе, сегодня было хуже. Брат поймал меня под локоть, когда я пошатнулся и отвел глаза под его изучающим взглядом.
- Пойдем в номер, - заключил он. – Но разговор еще не закончен.
Разговор был закончен. Наизнанку выворачивало в несколько заходов. На стыд даже сил не осталось. Только на обиду за то, что брат ходил на заднем плане, как ни в чем не бывало. Вытряхивал оставшиеся две банки из моего рюкзака.
- Ох, ты фу, *&$^%… Джесс, у тебя плохой вкус на алкоголь. Это отвратительно.
Так плохо не было даже после выпускного, а там градус был куда выше.
- Я знаю, - слабо согласился я. – Плохо это хорошо…
- Тебя догнал переходный возраст, или эмо снова в моде?
Я прислонился спиной к душевой кабинке. Вставать тоже не было сил.
- Ты бы еще шипучкой упился. - Брат деловито посмотрел на часы, на меня, а потом снова на часы и покачал головой. - Сколько ж ты этой дряни выдул?
- Я просто перегрелся, - упрямо возразил я.
Он скептически фыркнул:
- Да, ну может тогда по пивку, чтобы охладиться?
Я тяжело сглотнул. От его мельтешения кружилась голова.
– Ты куда-то спешишь?
- Как же… на кого я тебя оставлю, дурачья кусок? – он наконец-то остановился, присел рядом и сунул мне под нос стакан воды.
Кажется, мы сидели долго. Моя голова сползла на его плечо, сознание пульсировало его словами, но отказывалось их анализировать.
- Тай… - выдавил я из себя, - Ты только папе не говори, а?
- Про что именно?
- Про то, что у меня дурацкий вкус на выпивку.
Он усмехнулся и протянул мне еще стакан воды.
***
Когда я проснулся, Тай уже не спал. Я сквозь затуманенное сознание наблюдал, как он задергивает шторы. Я не помнил, как я оказался в постели. Вообще плохо помнил, чем закончился вчерашний вечер и как он перетек в ночь и в сегодняшнее утро. Утро ли?
- Который час? – сипло спросил я, удивляясь, что вообще удалось выдавить из себя какой-то звук.
- Эй, проснулся? – оживился он. – Половина второго, ты проспал завтрак. Зато еще успеем на обед, что скажешь?
Я снова закрыл глаза, прислушиваясь к себе.
- Можно, я еще посплю?
Брат ответил не сразу:
- Ладно, отсыпайся.
Он подкрался к моей кровати, я приоткрыл глаза.
- Джесс, - он присел на корточки. – Ты хороший, ладно?
- Ладно, - вяло согласился я.
Он вздохнул и похлопал меня по груди.
- Все, спи.
Я хороший… Плохо это хорошо.
Но с другой стороны, хорошо тоже, в общем-то, неплохо.